Пыль для горняка

studenty 1 270x180 Пыль для горнякаВ преддверии Дня шахтера начинающие горняки – участники программы «Профессиональны старт» рассказали «ЗВ», в чем заключается их работа, поделились воспоминаниями о первом спуске и планами на будущее.

О работе
Профстартовцы работают на глубине, что называется, по факту: спускаются, составляют документацию горных выработок, собирают пробы и поднимаются. Таким образом в шахте они проводят максимум четыре часа. Студент Санкт-Петербургского государственного горного университета Тимофей Бурдуков в Норильске никогда не был. Здесь он впервые попал на настоящее производство и спустился на горизонт минус 800 метров.

– При спуске ощущения, конечно, непередаваемые, – рассказывает Тимофей. – Просто восхитительно: спускаешься и понимаешь, что над тобой еще 800 метров горной массы, ходишь по выработкам – и захватывает дух. Но самое прекрасное, как оказалось, не спуск и не выработки, а момент, когда ты уже оказался на поверхности, на нулевой отметке: тогда действительно наступает счастье, чувствуешь приятную усталость. Спускаться не страшно, только однажды я напугался (и не один я, как выяснилось позже): мой наставник отошел посмотреть на выработку, я стоял неподалеку. И тут вдруг замигал фонарик, который обычно оповещает о каком-либо происшествии в шахте, например об аварии. Но потом оказалось, что это была всего лишь проверка системы оповещения. Очень многое мне нравится здесь: тишина, пустота, экстремальные условия, несколько напряженная обстановка. Только нужно понимать, что работать, да и вообще передвигаться, надо не просто аккуратно, а очень аккуратно, многое может зависеть от одного движения. Но здесь, на руднике, халатности не допускают и за техникой безопасности следят строго.

Прежде чем попасть на рудник, студенты неделю изучали технику безопасности, штудировали инструкции, а потом сдавали экзамен. Затем три дня в корпоративном университете о правилах поведения в шахте им рассказывали специалисты. Ребята понимают: от всего, что они прочитали и услышали, может зависеть их жизнь.
– Мне очень понравилось, что в университете нам говорили не теми же словами, которые мы прочитали в книгах, а приводили примеры из жизни, они подействовали на нас лучше любой теории. Такое послушаешь – и ни о каких нарушениях ТБ думать не хочется, делаешь именно то, что тебе говорят. Не из-за боязни лишиться премии, а для того, чтобы не поставить под угрозу свою жизнь и жизнь других людей, – признается Тимофей.

studenty 2 270x179 Пыль для горняка

Алексей Щанов, студент Томского государственного университета, рассказывает, что даже не задумывался о том, нужна ли ему поездка в Норильск. Из ТГУ, по словам Алексея, на рудник еще никого не приглашали, и по счастливому стечению обстоятельств он оказался одним из первых, кто попал на «Октябрьский».
– В свой первый спуск я попытался отрешиться от всего, чтобы лишний раз себя не накручивать, не паниковать, старался не думать о том, что спускаюсь на такую глубину. Не то что бы страшно – жутковато. Конечно, рудные залежи на меня как на геолога произвели неизгладимое впечатление, это незабываемо. Мои коллеги никогда такого не увидят, если не побывают здесь. В шахте даже ходишь по-другому, настороженно, прислушиваясь к каждому звуку – вдруг где-то что-то не в порядке? Загремит что-нибудь – тут же оборачиваешься, думается сразу, что обвал где-то произошел, а оказывается потом, что это у тебя самоспасатель стучит. Я попробовал здесь уже практически все виды работ: работа над проектами, написание геологической характеристики, документация выработок в шахте, был на опробовании – это одна из основных задач геологов. Много открыл для себя нового, и это не может не нравиться.

Антона Маликова, студента Национального исследовательского Иркутского государственного технического университета, спусками на глубину 800 метров не удивить, потому как в шахте он побывал не один раз.
– На практике в Норильске я второй раз, мне предложили подписать договор о целевой подготовке, чтобы я прошел здесь преддипломную практику и после защиты вернулся сюда на три года, поэтому с работой в шахте я уже знаком, – говорит Антон. – За смену я могу оказаться на глубине несколько раз и, конечно, уже привык ко всему, что можно увидеть внизу. Однако свой первый спуск помню очень хорошо: было страшно, я не знал, что меня ожидает, несмотря на то что перед спуском просмотрел множество фотографий, на которых изображена работа в шахте. Я работаю на участке клетевых стволов, и работа моя заключается в обслуживании и ремонте подъемного оборудования, также я отвечаю за подъем и спуск людей и грузов. Конечно, ответственную работу мне не доверяют, в основном все делает наставник, но я активно участвую в работах с ним, наблюдаю, запоминаю, ни на шаг от него не отхожу.

Дарья Малахова, норильчанка и студентка Санкт-Петербургского государственного горного университета, получает специальность «маркшейдерское дело». Маркшейдеров называют горными штурманами, ведь в их руках вся работа: такой специалист задает направление, рассчитывает объем работ и так далее.
– На практике здесь я уже второй год, но ранее у меня был опыт работы под землей в Ленинградской области, поэтому спуски для меня не новы. Первый прошел довольно эмоционально, это усиливалось еще и тем, что в моей группе только девочки, так что волновались все, – вспоминает Дарья. – В шахте, куда я спустилась в первый раз, все работы шли далеко, поэтому вокруг никого не было, стояла тишина. Все опытные коллеги, с которыми я работаю, хотят мне что-то рассказать, объяснить, это здорово. И работа у меня есть всегда, скучать не приходится. Немного расстраивает только одно: хотелось бы чуть больше ответственных обязанностей, все-таки второй раз на практике, но сложную работу все равно не доверяют.

О Норильске
Многие из студентов совсем недавно узнали Норильск изнутри. Первое впечатление, как выяснилось, было не очень хорошим. Дарья Малахова, например, не была в родном городе три года, за которые, как она выяснила, не стало многих домов и город опустел. Алексею Щанову, когда он заехал в город, даже показалось, что Норильск заброшенный.
– Зато сейчас, когда я погулял по Норильску, Талнаху, многое узнал о городе благодаря экскурсиям, которые для нас проводили, я им восхищен, – объясняет Алексей. – И еще мне нравится, что Норильск такой компактный. Нет такого места, про которое я бы сказал: «Да ну, далеко!».
– Я вырос в маленьком городе, – продолжает Тимофей, – поэтому мне нравится Норильск. Например, в Петербурге мне не так комфортно, как здесь. Особенно нравится Ленинский проспект в Норильске и Талнах. Жалко, что здесь нет новостроек. Очень нравится дорога в Старый город и панорама с «Голгофы» и Красных Камней, откуда видно все заводы. Мы их, кстати, прозвали «фабрики по производству облаков».

Антон Маликов считает, что главное в Норильске – привыкнуть к климату:
– У меня, например, на акклиматизацию уходит около месяца, а когда привыкнешь к переменчивой погоде – больше ничего не мешает здесь жить. Правда, однажды я еще и перепутал день с ночью, поэтому приезжим обязательно нужны электронные часы, – смеется Антон.

О будущем
Работники рудника о профстартовцах отзываются очень хорошо: лидер движения молодых специалистов Екатерина Глазырина называет всех ребят активными, обладающими теми навыками и характерами, которые как раз и нужны в горном деле.
– Кроме того, у них нескончаемый запас идей для рудника, которые они хотят, а главное, могут воплотить в жизнь, – отмечает Екатерина. – Например, одна из последних идей наших подопечных – поставить памятник маркшейдерам, прямо здесь, на территории рудника «Октябрьский». Он не только будет кстати, но и от вандалов не пострадает. К тому же 11 сентября празднуется День маркшейдера, и памятник мог бы стать прекрасным подарком. Сейчас этот проект находится в разработке, возможно, будут внесены коррективы, но мы полагаем, что руководство его одобрит.

Председатель профсоюзного комитета рудника «Октябрьский» и по совместительству наставник Андрея Маликова Олег Шаталов тоже доволен практикантами:
– Я считаю, что у ребят есть большой потенциал, все они очень способные, ответственные, и велика вероятность, что в будущем компания пригласит их работать.

По словам самих студентов, практика показала, насколько труд горняка суров, важен и какого внимания требует каждая мелочь в горном деле. Характер здесь закаляется, и проблемы, которые раньше, на материке, казались нерешаемыми, теперь их не пугают. У ребят даже родилось выражение «что пыль для горняка».
– То, чем мы занимаемся на материке, в сравнении с тем, в чем заключается наша работа и все наши обязанности здесь, – просто ерунда, в связи с этим и родилось такое высказывание, – поясняет Тимофей.

Студентам работать в Норильске нравится: они в восторге от своих наставников, говорят, горняки заботятся о них, как о детях, всегда стремятся поделиться опытом, рассказать что-то интересное. Бесценный опыт работы в компании с мировым именем и перспектива карьерного роста в будущем не привлекать не могут. Также студенты обратили внимание на то, что компания заботится о своих работниках, предоставляет социальный пакет, льготные путевки, квартиры для молодых специалистов и обеспечивает хорошие социально-бытовые условия.

Работая на руднике, большинство студентов уже ответили себе на вопрос, где работать в будущем, – они сюда вернутся.
– Мне не нужно и думать, – говорит Дарья Малахова. – Я норильчанка и в СПГГУ поступила по целевому направлению, поэтому мне после окончания необходимо отработать здесь три года.
– Пока здесь мне все нравится, есть желание вернуться, и если компания предложит работу, Норильск и рудник «Октябрьский» будет для меня приоритетным вариантом, – уверен Алексей Щанов. – Только жить я бы хотел в Талнахе.

Фото: Николай ЩИПКО
Текст: Марина СОКОЛОВА
Заполярный Вестник

8 way amplifier
Multiroom Amplifier